Если цена на нефть будет снижаться Россию ожидает экономический коллапс

Нефтяной коллапс

Очередное заседание международного нефтяного картеля ОПЕК не принесло никаких новых решений по вопросу о количестве добываемой странами-участницами нефти. Несмотря на упорные слухи о якобы готовящемся сокращении нефтедобычи, все осталось по-прежнему: решение на этот счет было перенесено на лето будущего года. Цены на нефть отреагировали очередным падением. Накануне и во время встречи в многочисленных информационных агентствах курсировали упорные слухи о том, что ОПЕК-де собирается уменьшить количество добываемой нефти: в данный момент члены этой организации в общей сложности производят в день до 32 миллионов баррелей, что привело к серьезному превалированию предложения над спросом.
За снижение уровня добычи и, соответственно, за повышение цены на нефть, в первую очередь, ратовали Иран и Венесуэла — с молчаливой поддержкой России, которая, как известно, членом ОПЕК не является, но представители ее исправно торчат «в кулуарах» на каждом заседании, о чем-то шушукаясь с иранцами и венесуэльцами.
Против снижения квот выступала Саудовская Аравия — негласный «командир» ОПЕК. Саудовцы, невзирая на то, что они больше всех теряют от снижения цен на нефть в денежном выражении (даже Россия оказалась на втором месте по потерям после Саудовской Аравии), готовы продолжать курс вниз. Именно в их руках нефть и превратилась теперь в оружие политического влияния, направленное против Москвы и Тегерана. Саудовские шейхи готовы терпеть неудобства, полагаясь на накопленный за «тучные» годы капитал, но продолжать наносить удар за ударом по экономикам своих основных противников на Ближнем Востоке.

«Ноль-ноль» в чью пользу?

В результате, как уже было сказано, получилась ничья: решение об изменении квот на добычу было перенесено на следующую регулярную встречу, которая должна состояться летом. По большому счету, это стало довольно серьезной неожиданностью. Кое-кто даже поспешил заговорить о «недееспособности ОПЕК», а Генеральный секретарь этой организации Абдалла Салем эль-Бадри без обиняков констатировал: «В данный момент мы не смогли договориться о конкретных цифрах и решили перенести решение на следующий год».
Тем не менее, даже само решение об отсутствии какого-либо решения привело к тому, что цена на нефть в очередной раз пошла вниз: ведь, если не были приняты новые квоты, в силах остаются старые, так или иначе переполняющие мировой рынок дешевой нефтью.
В пятницу, 4 декабря, биржи закрылись следующими показателями: американский «легкий» сорт WTI подешевел сразу на 2,6%, до 40,1 долларов за баррель (причем некоторое время его цена падала даже ниже 40 долларов), сорт Brent остановился на показателе 43,2 доллара за баррель. Российско-казахстанский сорт Urals, как обычно, занял промежуточную позицию — 41,4 доллара за баррель. Это, в частности, привело к новому скачку курса российского рубля: 75 рублей за евро (в начале недели было 69) и 68 рублей за доллар (соответственно — 61 в начале недели).
Подобное влияние ОПЕК на мировой рынок энергоносителей и даже на скачки валютных курсов стран, не имеющих прямого отношения к этой организации, не удивителен. В общей сложности, государства-члены ОПЕК вырабатывают около трети мировой продукции нефти и обладают тремя четвертями разведанных нефтяных запасов.
За минувшие годы картель несколько потерял свое влияние, так как США массированно приступили к разработке собственных месторождений, а также наладили технологию фрекинга — то есть добычи сланцевой нефти, ранее считавшейся недоступной (т.н. «сланцевая революция»), однако остается по-прежнему основным «запевалой» в этой области мировой экономики.
В данный момент в этой организации, основанной в 1960 году Саудовской Аравией, Кувейтом, Ираном, Ираком и Венесуэлой и насчитывающей 12 членов (правда, в скором времени их опять станет 13: Индонезия, бывшая членом ОПЕК с 1962 года по 2009 и вышедшая из состава картеля, попросилась обратно и просьба эта, скорее всего, будет удовлетворена), сложился довольно странный паритет: Саудовская Аравия вместе с другими арабскими монархиями Персидского залива противостоит широкому фронту государств, растерявших свое влияние в ОПЕК, но при этом достаточно многочисленных, чтобы блокировать решения лидеров. У них (в первую очередь, у Ирана) недостаточно сил, чтобы «продавить» решение о снижении квот, но достаточно, чтобы не дать принять решение об их увеличении.

Спасение утопающих

Несмотря на экономические потери, которые несет от подобного развития событий Саудовская Аравия, она остается в серьезном политическом выигрыше. Саудовские шейхи ни в коем случае не желают терять политическое влияние в ближневосточном регионе, которое они за последние пару лет столь существенно усилили. Они не только хотели бы любыми средствами защитить свою часть рынка от США, но и предотвратить успешное возвращение на мировой рынок Ирана, с которого только что были сняты международные санкции.
Так что саудовцы вполне сознательно смирились с низкими ценами на нефть, которые являются прямым следствием увеличения квот на нефтедобычу, а также снижением уровня потребления нефти основными покупателями — США и Китаем. Потому что падение цен на нефть одновременно делает нерентабельной ее добычу на многих американских скважинах, а также усложняет жизнь компаниям, занимающимся фрекингом. Впрочем, последние делают ставку на развитие и удешевление сланцевых технологий, так что их невзгоды носят временный характер.
Более того, Саудовская Аравия предлагает крупным покупателям многочисленные скидки, играя в откровенный демпинг. Это привело к тому, что с прошлого лета цены на нефть упали вдвое.
Что касается основных рыночных соперников Саудовской Аравии, американцев, то с нынешним уровнем цен на нефть они худо-бедно могут мириться. А вот кому провальное венское заседание ОПЕК в самом деле сделало очень больно, так это Тегерану. Ни одна иная страна-член ОПЕК, даже Венесуэла, не столь сильно зависит от цены на нефть, как Иран. Чтобы сбалансировать свой госбюджет, Ирану требуется цена примерно в 140 долларов за баррель.
Если саудовцы в ближайшее время не отступятся от своей игры на понижение (а на это нет ни малейшего намека), не видать Ирану столь желаемого экономического подъема. Хуже того: тот факт, что Иран с российской подачи все более и более втягивается в сирийскую войну, заставляет предположить, что страну ожидает не подъем, а жесточайший финансовый кризис, и это без всяких международных санкций.

В чужом пиру похмелье

Как уже упоминалось, есть и еще одна страна, жестоко пострадавшая от того, что на заседании ОПЕК не было принято никакого решения. Эта страна - Россия - не является членом картеля и не имеет возможности непосредственно влиять на его политику, тем не менее, именно она больше других страдает от этих событий. Будучи слишком зависимой от пресловутого «нефтяного крана», российская экономика теперь вплотную приближается к своему болевому порогу.
Информационное агентство Bloomberg опросило 27 ведущих аналитиков нефтяного рынка, какой уровень цен на нефть мог бы стать для России критическим. Таковым был определен уровень в 30 долларов за баррель (напомним, имеется в виду марка Brent). Именно такой показатель может настолько негативно отразиться на российской экономике, что финансовая система страны окажется под угрозой развала.
«Если цена на нефть и дальше будет снижаться и на долгое время останется на низком уровне, то риск фискальной и финансовой дестабилизации возрастает в разы», — считает аналитик РАО «Промсвязьбанк» (Москва) Сергей Наркевич.
В минувшие годы и месяцы Россия реагировала на ослабление рубля и падение цен на нефть массивными сокращениями расходов (по сути, неурезанным остался лишь военный бюджет — его, наоборот, расширили), при этом доходы от экспорта энергоносителей постоянно и резко снижались. У страны попросту не осталось возможностей, чтобы пережить новое обострение ситуации.
Нынешняя зима в очередной раз обещает быть теплой — это, в свою очередь, подстегнет падение спроса на нефть и подтолкнет падение цен в сторону 20 долларов за баррель. Такие опасения высказывают нефтяные стратеги банка Goldman Sachs. «Сложившаяся ситуация не может больше быть описана термином «кризис»», — заявил заместитель министра финансов РФ Максим Орешкин, выступая в Госдуме. По его словам, речь идет о «новой реальности».
А российский Нацбанк, проведя стресс-тест и приняв за константу, что цена на нефть в период с 2016 по 2018 годы упадет ниже уровня в 40 долларов за баррель, пришел к выводу, что это будет означать для российской экономики сокращение (или, как любит выражаться Дмитрий Медведев, «отрицательные показатели роста»), как минимум, на 5% в год. При этом инфляция рубля в следующем году ожидается на уровне от семи до девяти процентов. Если же цена на нефть стабилизируется на уровне порядка 50 долларов за баррель — то российский ВВП станет терять «всего лишь» от 3,9 до 4,4 процентов в год.
Самое же плохое для Москвы — это тот простой факт, что от Кремля в данном случае вообще ничего не зависит. Нефтяные шейхи бодаются с американскими конкурентами, Иран и Венесуэла, как члены ОПЕК, могут хоть что-то предпринимать, как-то договариваться, а Россия остается в сторонке и может надеяться лишь на ободряющие заклинания собственных руководителей, от Путина до Сечина, которые не устают объяснять, что все будет хорошо.
И бряцания оружием вкупе со смутными угрозами вроде высказанной недавно одним российским генералом о том, что, мол, «с Саудовской Аравией все равно придется воевать», на ситуацию повлиять не в состоянии.

Борис Немировский
Опубликовано: 8 Декабря, 2015  14:04 Просмотров: 1256 Печать
Поделитесь этой статьёй с друзьями в социальных сетях

Уважаемые посетители сайта "Российская политика"!
Вы можете поддержать проект любой приемлемой для вас суммой.