Расстрел демонстрации рабочих в Новочеркасске

Новочеркасск. Расстрелянная демонстрация

Ровно 54 года назад, 2 июня 1962 года, в Новочеркасске, советская власть расстреляла безоружную рабочую демонстрацию. Люди, возмущенные ухудшающимся экономическим положением в стране, повышением цен и одновременным повышением нормы выработки для рабочих заводов, пришли к горисполкому и горкому КПСС чтобы выразить свой протест. Власть ответила рабочим автоматным и пулеметным огнем. В результате только по официальным данным в ходе разгона демонстрации было убито 26 человек и ранее более 80. А началось всё с забастовки на Новочеркасском электровозостроительном заводе. Накануне по радио объявили о повышении цен на мясо и молочные продукты в среднем на 30%, а на масло – на 25%. Как всегда, в издевательской манере – «по многочисленным просьбам трудящихся».
Ничего умнее коммунисты придумать не могли, да и плевать им было на мнение этих самых трудящихся. Одновременно местное начальство Новочеркасского электровозостроительного завода имени Буденного (НЭВЗ) снизило расценки на оплату труда рабочих и увеличило нормы выработки.
1 июня к 10 часам завод полностью прекратил работу. У заводоуправления собралось до тысячи человек, начался стихийным митинг. Рабочие задавали руководству простой вопрос: на что нам дальше жить! И в ответ услышали от директора завода Курочкина ставшую потом знаменитой фразу «Вместо пирожков с мясом будете жрать с ливером». Это и был ответ советской власти простому советскому рабочему.
О забастовке и начавшихся волнениях практически сразу доложили в Москву, Никите Хрущеву. Хрущев связался с руководством КГБ и МВД, министром обороны и руководством Ростовского обкома КПСС приказав любым способом подавить начавшееся выступление рабочих. В Новочеркасск была направлена группа членов Президиума ЦК - Козлов, Микоян, Кириленко, Полянский, Ильичев, Шелепин. Перетрусившее партийное и советское руководство в свою очередь требовало от военных срочно ввести в город войска и поднять по тревоге танковую дивизию. Министр обороны Малиновский отдал соответствующие распоряжения.
К вечеру 1 июня к забастовщикам снизошло местное начальство - первый секретарь ростовского обкома Басов, председатель ростовского облисполкома И. И. Заметин, первый секретарь Новочеркасского горкома КПСС Т. Логинов и директор завода Б. Н. Курочкин. Увы, никакого конструктивного диалога народа с властью не получилось – власть продолжала морочить людям голову. Начальников освистали, в некоторых, особо скомпрометированных, полетели камни и палки. Страсти накалялись, начальников даже пришлось спешно эвакуировать с завода силами армейского спецназа, переодетого в штатское.
На митинге тем временем рабочие предлагали организовать забастовку и на других предприятиях города, отключить подачу газа с распределительной станции, идти в город и поднимать там восстание.
В ночь с 1 на 2 июня в город и на территорию завода выли введены танки и военные части. Территория завода была полностью очищена от митингующих и захвачена военными. Двадцать два человека из числа митингующих были задержаны.
С утра 2 июня на нескольких предприятиях Новочеркасска начались стихийные митинги. Введение ночью войск в город народу почему-то очень не понравилось. Люди самоорганизовывались и шли к горкому партии, где непрерывно заседали прилетевшие из Москвы члены Президиума ЦК. Была дана команда остановить стихийное шествие людей и с этой целью был перекрыт танками мост через реку Тузлов, но людей это не остановило.
По информации Николая Трубина (с декабря 1990 года по январь 1992 года — Генеральный прокурор СССР) «Фрол Козлов, член Президиума ЦК, доложил в Москву Никите Хрущеву об обстановке и просил через министра обороны СССР дать указания командующему войсками И.А. Плиеву по пресечению военнослужащими возможных в городе погромов.
2 июня из г. Ростова-на-Дону были подвезены и выданы всему личному составу внутренних войск оружие и боеприпасы, а к 10 часам все подразделения названных войск приведены в боевую готовность... Многотысячная группа людей приблизилась на расстояние 100-60 метров к зданию горисполкома».
Начальник Новочеркасского гарнизона генерал-майор Олешко прибыл к зданию горисполкома с 50 вооруженными автоматами военнослужащими внутренних войск. Они выстроились в цепь и дали предупредительный залп поверх голов митингующих. В это время толпа уже ворвалась в здание горисполкома, были разбиты стекла, начался штурм.
Очевидцы рассказывали, что в результате первого залпа погибли несовершеннолетние подростки, забравшиеся на деревья. Кто-то из толпы кричал «Не бойтесь, стреляют холостыми». После чего «люди вновь ринулись к зданию горисполкома и к выставленным вдоль него солдатам. Последовал повторный залп вверх и сразу единичные выстрелы по толпе, в результате чего 10-15 человек остались лежать на площади. После этих выстрелов возникла паника, люди стали разбегаться, началась давка…
Погибших хоронили тайно, советская власть сделала всё, чтобы максимально засекретить обстоятельства забастовки и расстрела митингующих. Один из позже осужденных участников этих событий, раненный срикошетившей пулей, в лагере рассказывал, что их заставляли складировать трупы погибших в подвале рядом находящегося госбанка. Трупы складывали штабелями, а они еще агонизировали. По его словам, возможно, среди них были и такие, которых можно было спасти.
Спустя 30 лет, когда были рассекречены все документы и подписки о неразглашении были признаны недействительными, на разных кладбищах были найдены останки всех погибших, их имена известны, все они перезахоронены в Новочеркасске. Окончательно скрыть свои преступления советская власть так и не смогла. Однако многие документы из архивов КГБ по событиям в Новочеркасске остаются до сих пор засекреченными.
Семь активных участников Новочеркасского восстания - Александр Зайцев, Андрей Коркач, Михаил Кузнецов, Борис Мокроусов, Сергей Сотников, Владимир Черепанов, Владимир Шуваев были приговорены к смертной казни и расстреляны. Еще 105 человек осуждены получили сроки заключения от 10 до 15 лет с отбыванием в колонии строгого режима.
Наказала родная КПСС и начальников, допустивших столь вопиющие перегибы и нарушения: бюро Ростовского обкома КПСС за «плохое руководство коллективом предприятия, бездушное отношение к нуждам и запросам рабочих, запущенность в вопросах нормирования и организации труда» исключило из партии и сняло с должности директора т. Курочкина Б.Н. За неудовлетворительную постановку партийной работы освобожден от обязанностей секретарь парткома завода т. Перерушев М.Ф. Ему объявлен строгий выговор с занесением в учетную карточку.
Позднее среди почтовой корреспонденции чекисты обнаружили анонимный «Первый ультиматум», подписанный неким «Народным комитетом». В нём содержалось требование допустить родственников к раненым, указать место захоронения трупов. В противном случае авторы документа грозили сообщить о расстреле иностранцам.
Власти очень боялись утечки информации за границу. В Новочеркасске и Шахтах работало несколько передвижных патрулей радиоконтроля службы контрразведки. Это на случай попыток радиолюбителей отправить сообщения за границу или сообщить что-либо о событиях в городе в прямом эфире.
В одном из цехов завода им. Буденного нашли листовку протеста, написанную токарем-револьверщиком В.М. Богатыревым. В том же цехе обнаружили еще одну листовку (автора не нашли), а на стене – надпись с угрозами в адрес начальника цеха. На улице Герцена на видном месте прохожие читали: «Да здравствует забастовка».
Окончательная реабилитация всех осужденных по этому делу произошла лишь в 1996 году по указу президента Бориса Ельцина.
Вот так советская власть отвечала на вопрос рабочих «Как нам жить дальше?». Отвечала расстрелами, тайными захоронениями, тюрьмой и расписками о неразглашении. И долгими десятилетиями страха, когда пострадавшим, но выжившим, запрещено было даже рассказывать о своих ранениях и причинах инвалидности.
Опубликовано: 3 Июня, 2016  09:44 Просмотров: 440 Печать
Поделитесь этой статьёй с друзьями в социальных сетях

Уважаемые посетители сайта "Российская политика"!
Вы можете поддержать проект любой приемлемой для вас суммой.